Dr. Yuliia
⠀MedvIedIeva

Компания с сильным СЕО и устойчивыми бизнес-показателями столкнулась с регулярным уходом ключевых топ-менеджеров. Компанию покинули операционный директор, коммерческий директор, HR-директор — все профессионалы с высоким уровнем автономии, стратегического мышления и выраженных управленческих амбиций.

Почему так происходило, СЕО обладал масштабными, но неосознанными личными амбициями. Не признавая их, он бессознательно подавлял сильные стороны и амбиции топ-команды. Это проявлялось в постоянных конфликтах, повышенных требованиях, контроле, отсутствии пространства для равного диалога и даже обиде. Соответственно, сильные управленцы, не имея возможности реализовывать свой потенциал и влияние, принимали решение о выходе из компании.

—

В процессе executive-психологической работы, определили ключевую психологическую причину — страх признать силу других лидеров и их амбиции как равные собственным. За этим стояла уязвимость и недоверие к масштабу собственных амбиций.

Работали с клиентом 2 месяца, было и сопротивление, и внутренняя борьба, в результате стиль управления СЕО изменился, конфликты сменились конструктивными диалогами, управленческие отношения перешли в формат партнёрства и фокуса на общее дело.

Специалист международной IT-компании находилась в роли, не соответствующей уровню её мышления и ответственности, к которой она была готова. В ходе работы был выявлен разрыв между профессиональным потенциалом и внутренней готовностью занимать управленческую позицию.

Работа была направлена на формирование управленческой идентичности, пересборку карьерной стратегии и развитие устойчивости в принятии решений.

—

В результате клиент заняла руководящую позицию, соответствующую её уровню ответственности и влияния. Управленческая роль стала восприниматься как естественная и органичная.

Предприниматель, руководитель. Компания на десятки тысяч сотрудников, место в списке Forbes. Вопрос, с которым пришёл клиент, был простым и предельно честным: «Вот я боролся, стремился, попал в золотую сотню Forbes  — и что теперь?». У человека был внутренний конфликт: с одной стороны — возникшее желание всё бросить и начать заново, с другой — ответственность за 10 000 человек и понимание, что уйти невозможно.

Объективно «всё хорошо», но внутри есть ощущение чужой жизни, усталости и потери смысла. В этом состоянии его сильно триггерили сильные лидеры, такие как, например, Илон Маск. Не как образец успеха и не как объект сравнения, а как зеркало. У Маска тоже есть всё, чтобы остановиться. Но есть и то, ради чего он не останавливается — ощущение миссии, выходящей за пределы личной биографии. И на этом контрасте рождался самый болезненный вопрос: у меня есть успех, статус, деньги, влияние, но нет того, что придаёт этому внутренний вес и направление. Нет ответа на вопрос «ради чего всё это, не зря ли все это».

Он сомневался, нужна ли психологическая помощь, но хотел поговорить с кем-то независимым другим, который не имеет отношения к его комплиментарному окружению.

—

Работа длилась около полугода. Это было глубокое исследование экзистенциальных вопросов: смысла жизни, того, что по-настоящему наполняет ее счастьем. Постепенно стало ясно: его достижения — это реализация одного из талантов, но не всей личности. Главным итогом нашей работы лучшее понимание себя, понимание своей миссии и предназначения за пределами роли, статуса и масштаба компании.